После 24 февраля российские власти вводили всё больше ограничений и наказаний для тех, кто протестовал и высказывался против войны. Активистов и политиков преследуют по статьям за "военные фейки" и "дискредитацию армии". Несмотря на это, за неполный год в России появилось множество антивоенных инициатив. Это как информационные проекты, которые борются с пропагандой и цензурой, так и правозащитные и гуманитарные организации, которые помогают украинским беженцам и российским политическим эмигрантам. "Idel.Реалии" пообщались с волжанами, которые в уходящем году запустили собственные инициативы, направленные против войны в Украине.
"Разворот": канал "про мир, Самару и апокалипсис"
YouTube-канал "Разворот" после начала войны запустили самарские журналисты и общественники Антон Рубин и Дарья Литвишко. До 24 февраля они вели утренние эфиры на "Эхе Москвы в Самаре". Но третьего марта совет директоров принял решение закрыть радиостанцию.
— Мы оказались в очень сложном положении. Радио и раньше не было возможностью что-то изменить, но оно давало возможность поговорить о том, что волновало нас и наших слушателей, которые звонили в студию и писали в чат на YouTube-трансляциях. Всё закрылось, и мы оказались в вакууме. Мы решили продолжать делать то же, что и делали, но в интернете — вспоминает Антон Рубин.
Так родился "Разворот". Первое время у авторов практически не было оборудования. Эфиры велись с ноутбука со встроенной камерой, а слушателей приходило не больше нескольких десятков человек, почти все — аудитория самарского "Эха Москвы". Дарья и Антон уехали из России и постепенно обзаводились нужной техникой. Тогда же канал активно начали рекомендовать своим подписчикам бывшие сотрудники "Эха Москвы" — Алексей Венедиктов, Максим Курников, Александр Плющев и другие. У "Разворота" становилось всё больше подписчиков, и на момент подготовки материала их набралось 24 тысячи.
Антон Рубин
— Нас в принципе не волновал размер аудитории. Мы делали это в первую очередь для себя, это была своего рода психотерапия. Самое интересное, что в какой-то момент начали приходить люди со всего мира: Россия от Калининграда до Камчатки, США, Европа, Новая Зеландия и так далее. Мы спрашиваем: а нафига вам новости Самары? Кто живёт за рубежом, обычно говорят: да пофигу, какой город, вот я родом из Новосибирска, а слушаю про Самару и понимаю, что всё один в один, и ничего не меняется! А другие — те, кто в России — говорят, что мы уже им стали как родные, и что с нами они не чувствуют себя одинокими, потому что мы разделяем антивоенную позицию. И можно говорить хоть про трамваи в Самаре, хоть про поездку Путина к Лукашенко — всё оно помогает побороть одиночество, — рассказывает Антон Рубин.
Сейчас у "Разворота" три формата. В утренних двухчасовых эфирах по будним дням Антон Рубин и Дарья Литвишко говорят о событиях предыдущего дня в Самаре, России и мире. В ночь с субботы на воскресенье ведущие в неформальной обстановке общаются со слушателями со всего мира и подводят итоги недели. Третий формат — проект "В глаза посмотреть", который родился в первые дни существования канала.
— Когда мы рассказывали о войне, нам не хватало взгляда изнутри. Мы продолжали испытывать коллективное чувство вины и беспомощность и решили: давайте говорить с людьми, которые находятся там, в Украине. Мы начали смотреть в глаза тем, кто был готов говорить, и испытывать жуткое чувство стыда. Узнавали, как они встретили войну, как реагировали на бомбёжки Киева. Говорили с теми, кто был в оккупации, кто прошёл плен, кто вывозил беженцев. В общем, очень разные люди. Мы и сейчас продолжаем этот проект, правда, всё реже украинцы хотят говорить с россиянами, да и в техническом плане становится сложнее из-за перебоев со связью и электроэнергией. Последний эфир был технически очень тяжёлым, — вспоминает собеседник.
Антон Рубин говорит, что цель проекта — показать тем, кто выступает против войны, что они не одиноки. И многочисленные комментарии подписчиков с благодарностями показывают, что авторам "Разворота" удаётся поддержать и слушателей, и самих себя.
— Война — это деструкция по всем фронтам. Человеческие жизни, материальные ценности, экономика, мораль — всё разрушается. А разрушение никогда не приводило ни к чему хорошему. На эфирах мы регулярно говорим, сколько за этот конкретный день ракет было выпущено в денежном эквиваленте. И подсчитываем, сколько всего можно было бы сделать для своей страны и мира. Сколько нужного и важного можно было бы построить, восстановить, изготовить и закупить для нас и будущего поколения — от адронных коллайдеров до снегоуборочной техники и ремонта дорог. Если бы эти деньги вложили в экономику или исследования, то через пять-десять лет в любой стране был бы рай, а наши дети могли бы жить в процветающем обществе. Но вместо этого им придётся выплачивать репарации. Война отнимает будущее и настоящее, а если учесть, как эту войну ведут наши пропагандисты, она отнимает и прошлое.
"Акбузат": помощь тем, кто не хочет воевать
В июле этого года несколько единомышленников из Башкортостана, покинувших Россию, заявили о создании движения "Акбузат". Цель проекта — помочь тем, кто не хочет участвовать в войне в Украине, отказаться от контрактной службы либо избежать мобилизации. Авторы работают анонимно из соображений безопасности.
— Мы вдохновились работой фонда "Свободная Бурятия", которому удалось вернуть многих военнослужащих домой. И решили создать похожее движение, которое будет помогать военнообязанным из нашей родной республики, прежде всего — юридически. У нас нет сотрудников, всё движение держится на волонтёрах, которые отвечают на запросы и готовят информационные материалы с разъяснениями по быстро меняющемуся законодательству. У нас нет финансирования, и мы не планируем его запрашивать, — рассказывает один из создателей проекта.
Первоначально "Акбузат" был сосредоточен на юридической помощи военнослужащим-контрактникам, однако с началом "частичной" мобилизации ситуация изменилась. Ведь в соответствии с указом президента расторгнуть контракт на военную службу стало практически невозможно. Поэтому сейчас авторы отвечают на запросы правового и просветительского характера через бот в Telegram, а также стараются по возможности привлекать внимание к нарушению прав их земляков.
— К сожалению, сейчас есть много дезинформации, пропаганды, недобросовестных юристов и журналистов. Мы пытаемся с этим бороться и надеемся, что, возможно, благодаря тому, что мы сами башкортостанцы, наша информация будет вызывать больше доверия у наших земляков, и они смогут лучше защищать свои права. При этом мы стараемся помочь всем, кто к нам обращается, и не ограничиваемся только жителями нашей республики, — поясняет собеседник.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: "Помочь своим землякам". Уроженцы Башкортостана объединились в движение, чтобы помочь солдатам, которые не хотят воевать с УкраинойВ Telegram-канале "Акбузата" публикуются материалы на русском и башкирском языках. Одна из наиболее ярких публичных кампаний, которую проводил проект, — возвращение домой мобилизованного детского нейрохирурга Ахмета Абубакирова, единственного в Стерлитамакском районе специалиста этого профиля. После того, как "Акбузат" привлёк внимание к ситуации, врача уволили с военной службы, и он смог вернуться домой. Другая громкая история — про помощь троим жителям Башкортостана, которых задержали и силой доставили в военкомат в Москве без выдачи повесток.
— Любая война — это смерть и боль тысяч людей. У войны нет и не может быть оправдания. Любые конфликты должны разрешаться путем переговоров, а не убийствами. Главными ценностями любого государства должны быть жизнь и свобода, целью государства должно быть улучшение жизни людей и создание условий для развития общества. Мы стараемся спасать жизни, стараемся быть альтернативным источником информации, в том числе на башкирском языке, стараемся противостоять пропаганде и чувству беспомощности — делаем что должно и что в наших силах. Иногда нам, конечно, сложно, трудно от осознания масштаба случившейся катастрофы, но это не повод опускать руки и отчаиваться, это повод собраться и идти дальше, ведь большие расстояния преодолеваются маленькими шажками.
"Пермь 36,6": расследовательский проект
Проект "Пермь 36,6" был создан ещё летом 2021 года — когда сеть штабов Алексея Навального признали "экстремистской" организацией. Многие активисты штабов покинули Россию и задумались о том, чем можно заниматься из-за рубежа. Тогда пермские сторонники оппозиционера пришли к выводу, что их родному городу нужно медиа, которое будет заниматься независимыми расследованиями.
— Региональная журналистика часто очень зависит от властей. В Пермском крае большим медиахолдингом владел депутат Госдумы от "Единой России" Дмитрий Скриванов. А недавно его выкупил губернатор Дмитрий Махонин. То есть у нас есть выжженное информационное поле без независимых изданий. Мы решили, что будем рассказывать людям о том, о чём им не расскажут по телевизору, — рассказывает редактор издания Анна Жукова.
24 февраля редакция "Пермь 36,6" приняла решение, что будет активно писать о войне и выступать против неё. На первые два месяца Telegram-канал издания полностью переформатировали под новостную ленту, в которой публиковалось по 20-30 постов о ключевых событиях в Украине. Параллельно журналисты продолжали отслеживать, на что тратятся бюджетные деньги в Пермском крае. Издание активно освещало траты регионального бюджета на шефство над Северодонецком. Редакция сфокусировалась на том, какой ущерб война нанесла региону, в том числе — как на его экономическое благополучие повлияли западные санкции.
Анна Жукова
Главной работой редакция "Пермь 36,6" считает свой фильм об убийствах и пытках в колониях края, который журналисты готовили целый год. Это история троих заключённых, которые пострадали либо погибли от "несчастных случаев". Ещё одна заметная работа — расследование, в ходе которого им удалось выяснить, что крупнейший медиахолдинг региона принадлежит губернатору Дмитрию Махонину.
В рамках проектов, посвящённых войне в Украине, журналисты "Пермь 36,6" публиковали расследования "Почему армия осталась без одежды" (самое популярное видео на канале), "Как единороссы прячут своих сыновей", рассказывали о бунте мобилизованных пермяков.
— Конечно, мне больно смотреть на то, как люди умирают в бессмысленной войне, непонятно за что. Бывают и моменты отчаяния, когда ты работаешь по 12 часов в сутки и видишь, что конкретно ты не можешь остановить войну и что-то изменить. С другой стороны, я вижу, что в Пермском крае остаются десятки тысяч несогласных с войной. И если мы прекратим работу, они останутся одни и не смогут получать информацию без цензуры, — говорит Анна Жукова.
"Протокол.Самара": интернет-издание
Самарский активист штаба Навального Сергей Подсытник уехал в Грузию ещё в 2021 году, опасаясь преследования после акций протеста в поддержку политика. Там он познакомился с Александром Савельевым — редактором краснодарского медиа "Протокол".
— Они выпускали очень много классных антикоррупционных расследований, писали о дачах разных жуликов. Мы с Сашей подумали, что можно было бы масштабировать проект, так что "Протокол.Самара" — это своего рода расширение краснодарского издания. Сейчас расследовательская журналистика во многом направлена не только на антикоррупцию, но и на разные истории, связанные с мобилизацией и воровстве на снабжении. И мы, в частности, пишем о том, насколько государству плевать на жизни людей, которых оно мобилизовало, — рассказывает Сергей Подсытник.
"Протокол.Самара" запустился весной как Telegram-канал. Работа началась с громкого расследования об Александре Александрове — волонтёре штаба Навального в Самаре, который оказался подполковником полиции. Сейчас канал пишет как о коррупции на региональном и федеральном уровнях, так и о проблемах в снабжении мобилизованных и преследовании активистов с антивоенной позицией. В 2023 году Подсытник планирует существенно расширить работу проекта, в том числе — запустить сайт.
— Одной из самых важных наших работ я считаю верификацию подписи на документе о появлении блок-постов на дорогах в Самарской области после начала мобилизации. С их помощью власти должны были отлавливать мужчин, которые подлежат мобилизации. Ещё один важный материал — видеозапись задержания на антивоенном митинге женщины с коляской и двумя детьми, на неё ссылался в том числе украинский политик Антон Геращенко, а также многие федеральные медиа, — вспоминает собеседник.
Подсытник, будучи волонтёром штаба Навального, делал расследования, писал сценарии и работал с информацией. Но, как признаётся он сам, с запуском информационного проекта ему пришлось учиться сохранять нейтральный тон и воздерживаться от навязывания собственных взглядов читателю. Сейчас он активно посещает обучающие семинары для журналистов и старается активнее включиться в профессию.
Сергей Подсытник
Сейчас "Протокол.Самара" существует как добровольческий проект. С января авторы планируют запустить фандрайзинговую компанию, чтобы обеспечить более регулярную работу. Сергей Подсытник говорит, что для него важно оставаться в контакте с жителями Самары и показывать, что они не одиноки в своей антивоенной позиции.
— Я долго не задавался вопросом, почему война — это плохо. Это ведь само собой разумеющееся. Но на днях я ехал на работу на такси, и грузинский таксист вдруг начал мне рассказывать, что Путин — молодец и спасает Россию. И тогда я стал ему объяснять, что война — это смерть, ужас, насилие и расчеловечивание со всех сторон. Что она превращает в ленту новостей то, что вчера казалось невозможным и шокирующим. Да, самое масштабное зло, которое несёт война — это то, что смерть становится "нормой жизни", — резюмирует Подсытник.
"Сердитая Чувашия": независимый Telegram-канал
Telegram-канал "Сердитая Чувашия", как и "Пермь 36,6", появился ещё до начала войны и тоже был создан сторонником Алексея Навального, покинувшим Россию из соображений безопасности. Создатель ресурса, чувашский гражданский активист Семён Кочкин рассказывает, что изначально он не хотел писать о политике и планировал публиковать материалы о регионе и его жителях.
— Мы хотели быть условно "нейтральными", не поддерживать никакие силы. Но после начала войны мы поработали месяц и поняли, что нужно делать больше. Что если не писать о том, что происходит в Украине, наши земляки будут верить пропаганде, и мы их потеряем. В общем, проект задумывался совершенно другим, но обстоятельства сделали его антивоенным, — рассказывает Кочкин.
Сейчас "Сердитая Чувашия" — четвёртый по объёму аудитории Telegram-канал в республике. Проект активно освещал ситуацию с мобилизацией, и, в частности, публиковал много информации о бунте мобилизованных, с которыми Кочкин был на связи. Также канал ведёт список погибших на войне с Украиной, разыскивая данные по соцсетям и получая их от подписчиков и инсайдеров.
Семён Кочкин
— У нас была история: в селе открыли памятную табличку погибшему парню, называли героем. Мы опубликовали информацию, а с нами связались и рассказали, что этот парень был в составе "ЧВК Вагнера", его забрали туда из тюрьмы. В школе он учился плохо, учителя и ученики его не любили, а теперь — герой, — говорит собеседник.
Семён Кочкин признаётся, что ещё до начала войны он испытывал кризис и даже думал вернуться в Россию, а 24 февраля он испытал ещё большее отчаяние. Ему было тяжело от того, что он не мог сам ничего изменить, он испытывал чувство вины.
— Для меня тяжело то, что люди с обеих сторон погибают каждый день. Граждане России — вообще непонятно за что, за какую-то картинку в телевизоре. До 24 февраля я не мог представить, что в XXI веке современная страна может вести войну. Оказывается, может. Ещё больше поражает, что люди могут это поддерживать. И я вижу основную цель работы нашего канала в том, чтобы таких людей становилось меньше, чтобы у них открывались глаза, — делится Кочкин.
В следующем году "Сердитая Чувашия" планирует публиковать больше контента на чувашском языке. Так авторы рассчитывают достучаться до тех, кто живёт в деревнях республики, ведь именно оттуда больше всего мужчин уходит на войну в попытке улучшить материальное положение.
"Они Zа Vойну!": "люстрационные списки" педагогов
Дмитрий Цибирев координировал саратовский штаб Алексея Навального до того, как организация попала в список "экстремистских". Как и многие его коллеги, он был вынужден покинуть страну из-за преследования. Сразу после годовщины аннексии Крыма Цибирев вместе с другими активистами начал разрабатывать проект "Они Zа Vойну!", публикующий информацию о руководителях и педагогах учебных заведений, вовлечённых в пропаганду.
— После мартовских мероприятий в школах начали активно использовать Z-символику, что нам показалось вопиющим нарушением даже путинского законодательства об образовании. И мы решили собрать базу данных директоров и учителей, которые используют детей для пропаганды войны и пропагандируют войну среди детей. За полгода работы формат, конечно, немного менялся, но суть осталась та же: собираем базу, публикуем информацию на канале и размещаем на карте. Количество школ тоже увеличилось, поэтому, если раньше приходилось долго что-то искать, то сейчас эта пропаганда почти везде, — рассказывает Дмитрий Цибирев.
Дмитрий Цибирев
Собеседник поясняет, что де-факто он и его коллеги ведут своего рода "люстрационные списки", и надеется, что собранная им информация будет даже более полезна по окончании войны. При этом Цибирев отмечает, что каждый из волонтёров проекта сам для себя формулирует цель работы. Так, в команде есть родители несовершеннолетних детей, и они хотят таким образом дать возможность другим родителям выбрать школу, свободную от пропаганды.
— Что касается "подневольности" педагогов, я много раз видел учителей и воспитателей, которые фальсифицировали выборы. Но разве у человека, который всю жизнь работает с детьми, не должно что-то в голове срабатывать, чтобы понять, что ребёнка нужно защитить от пропаганды войны? Если нет — значит, такому человеку работать с детьми нельзя. Я знаю лично учителей, которые саботируют такие вещи, или рассказывают на "уроках о важном" о действительно важных вещах, и их пример показывает, что взрослый и вменяемый человек может делать самостоятельный выбор и не заставлять детей стоять у мемориальной доски с игрушечными автоматами, — убеждён Дмитрий Цибирев.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: "Они Zа Vойну!" База данных директоров школ и детсадов, использующих детей в Z-акцияхСейчас проект "Они Zа Vойну!" работает в пределах Саратовской области, поскольку инициатива никак не финансируется и реализуется силами немногочисленных волонтёров. Однако через бот авторам поступает много информации и по другим регионам. Цибирев надеется, что в следующем году удастся расширить проект так, чтобы он охватил, по меньшей мере, десять регионов России.
"Город без Z": писатель против "новой свастики"
Проект "Город без Z" создал писатель и журналист из Башкортостана Игорь Савельев. Он рассказывает, что идея появилась спонтанно. Летом он запустил проект, призванный бороться с появлением военной символики на зданиях в Уфе, а затем — и в других городах России. Собеседник признаётся, что в первую очередь он делает это для себя: ему как писателю тяжело находиться в ситуации полной цензуры на антивоенные высказывания.
— Я создал алгоритм, который помогает искать случаи появления плакатов с Z-символикой и далее определять основания для жалоб и проверок. Причём это может быть нарушение трудового, экологического законодательства и так далее. В общем, такая форма, чтобы даже в рамках нынешних правовых норм выступить против пропаганды войны, — рассказывает Савельев.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Уфа без "Z". Писатель из Башкортостана придумал новую форму антивоенного протестаПроект является полностью добровольческим и, как говорит собеседник, децентрализованным. Автор даже не стал создавать отдельный ресурс под "Город без Z" и публикует информацию в собственном Telegram-канале. Тематические посты можно найти по хештегу #городбезz. Большую часть контента создаёт сам Игорь Савельев, однако и подписчики иногда высылают информацию о появлении новых плакатов и баннеров на зданиях.
— Не могу сказать, что проект получил широкую поддержку, но люди по крайней мере узнали, что можно в рамках закона официально жаловаться и бороться с Z — символом, которому не место на памятниках архитектуры и в брендбуках города. Конечно, иногда возникает ощущение, что это такая борьба с ветряными мельницами. Но если мы не в силах остановить войну, мы по крайней мере можем что-то делать, чтобы высказывать, что мы несогласны с происходящим, — говорит Игорь Савельев.
Игорь Савельев
По его словам, проект отчасти живёт своей жизнью: то замирает, то вновь оживает, и постоянно меняется. Так, Савельев полагает, что борьба отдельно взятого человека с Z-символикой может служить дополнительным доказательством пацифистской позиции и, как следствие, помочь добиться права на альтернативную гражданскую службу. В то же время он подчёркивает, что это крайняя мера. Ведь в условиях преследования активистов за их антивоенную позицию борьба с Z может также привести к преследованию.
— Ещё один случай, которым я занимался — это когда инвалида Дмитрия Каримова судили за поджог баннера с Z на здании реготделения Российской академии наук. Хотя ущерб там составил 14 тысяч рублей, его сажали в СИЗО, а потом отправляли на освидетельствование в психиатрическую больницу. Тогда я подумал, что "Город без Z" может оказывать правовую и информационную помощь в таких делах. Сам написал в РАН, и странная вышла история: оказалось, что они не подавали заявлений против Каримова. И вообще в деле не было никакого пострадавшего, — говорит Игорь Савельев.
Сам писатель пока не сталкивался с преследованием за антивоенную деятельность, но его задерживали в феврале на акции протеста, а затем к нему регулярно приходили полицейские, чтобы "предостеречь" от участия в подобных мероприятиях.
— Я считаю, что невозможно найти никаких аргументов в пользу войны. Сейчас всё обострено в идеологическом смысле, общество расколото. Но и раньше этот раскол был. Была глубоко консервативная часть общества, когда поддерживала любую возможность восстановить империю, и эти люди в том числе находятся во власти. И нападение на Украину стало венцом всех их убеждений. Но я не могу увидеть себя человеком, поддерживающим войну и смерти, — констатирует Савельев.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.