Уфимский политический активист Арслан Батраев осенью прошлого года уехал с семьей в США. Уже в Америке он встретил известия о начале войны с Украиной и объявление мобилизации. Недавно Батраев заявил, что присоединяется к основанному за рубежом "Башкирскому национальному политическому центру". В интервью "Idel.Реалии" он рассказал, почему уехал из страны, как относится к агрессии Кремля в Украине и каким видит будущее России и Башкортостана.
"ТАКОМУ ЧЕЛОВЕКУ ЛУЧШЕ УЕХАТЬ ИЗ СТРАНЫ"
— Когда вы с семьей покинули Россию?
— Из Уфы мы уехали в конце октября 2021 года. Сперва полетели в Москву, а оттуда уже — в Мексику, из которой перебрались в США.
— Что послужило причиной отъезда? Какая-то угроза личной безопасности?
— Да, я ощутил такую угрозу. В последние годы я очень активно участвовал в оппозиционных протестных акциях — шествиях, митингах, пикетах. Мне стали приходить повестки на "беседы" в полицию, раздавались звонки из Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ) с запугиванием уголовным делом за мою активность, с обвинениями в том, что я занимаюсь "экстремистской деятельностью". С каждой неделей угроза ощущалась все явственнее. Один сотрудник полиции в неформальной, так сказать, беседе сказал мне: "Если ты не поменяешь свою точку зрения, то такому человеку лучше уехать из страны".
— Вас задерживали на протестных акциях в Уфе?
— Несколько раз, но не всегда дело заканчивалось доставлением в отдел полиции. Так, на одном из шествий в поддержку Навального в конце января 2021 года меня задержали, но мне удалось сбежать из автобуса, когда там случилась заминка из-за большого количества задержанных. Также задерживали пару раз на одиночных пикетах. Осенью прошлого года меня уволокли-таки в полицейский участок с пикета против "Единой России" и затем дали по суду штраф в пять тысяч рублей.
Во второй раз меня с группой товарищей задержали год назад на площади возле Дворца спорта в Уфе, где мы — независимые члены участковых избирательных комиссий — собрались, чтобы обсудить итоги сентябрьских выборов в Госдуму и Уфимский горсовет. Приехала полиция, нескольких человек, в том числе меня, задержали, посадили в микроавтобус, записали все наши данные. Полицейские мне сказали: "А! Ты уже не первый раз у нас фигурируешь; сядешь на 15 суток или же заплатишь штраф уже в 20 тысяч рублей". Но тут оставшиеся не задержанными люди окружили автобус, не дали ему отъехать и потребовали нас отпустить. Поскольку мы ничего не нарушали, не проводили ни пикетов, ни митингов, полицейским пришлось нас выпустить.
— Незадолго до своего отъезда вы принимали участие в акции башкирских общественников у памятника Салавату Юлаеву в Уфе в День республики и тоже пострадали от газовой атаки, которую осуществил провластный блогер Арслан Нигаматьянов. Против него тогда возбудили уголовное дело, но недавно СМИ сообщили, что дело прекращено за "отсутствием в деянии состава преступления". Вы знаете об этом?
— Знаю, читал. К сожалению, не вижу в этом ничего удивительного в нынешней политической обстановке. Пока этот совершенно ничтожный блогер будет нужен власти, она будет его прикрывать. Но наказать его необходимо, иначе он может так же безнаказанно наброситься и на других людей. Я знаю, что оставшиеся в Уфе мои товарищи, также пострадавшие от распыления газа, добиваются отмены этого постановления о прекращении уголовного дела — и я буду оказывать им возможную поддержку.
"ВЗЯЛИ РЕБЕНКА В ОХАПКУ И УЛЕТЕЛИ"
— Почему вы решили поехать именно в США?
— Эта страна в моем представлении — одна из самых безопасных; туда не могут добраться путинские силовики. Но я не выбирал Америку заранее. Я просто открыл Google и посмотрел, куда можно было в этот момент уехать. Нам попались очень дешевые авиабилеты в Мексику — и путь оттуда в США нам показался весьма простым. Мы с женой взяли ребенка в охапку, полетели в Москву, а оттуда — в Канкун, в Мексику.
Встала дилемма: или ей, возможно, носить мне передачи в тюрьму, или ехать вместе со мной
— Как ваша жена отнеслась к решению уехать из России?
— Сначала, так скажем, не очень положительно. Конечно, ей не хотелось ехать жить в другую страну, оставлять родных, друзей. Но встала дилемма: или ей, возможно, носить мне передачи в тюрьму, или ехать вместе со мной. Я говорил ей: "Да, мы можем остаться, но ты же знаешь, что я никогда не соглашусь с существованием этого режима, буду бороться против него". И она выбрала отъезд.
— А что сказали родители?
— Моя мама отнеслась к нашему отъезду очень позитивно — она понимала, что в России таким людям, как я, жить тяжело. Родители жены сперва расстроились, но, в конечном счете, согласились с нами. А сейчас они полностью понимают, что мы были правы.
— Сложно ли было перебраться в США через мексиканскую границу?
— Нет, в тот момент было несложно. Мы купили в Тихуане автомобиль, сели в него и поехали на границу с США просить политическое убежище. Сдались [пограничникам] прямо на границе — уже на территории штата Калифорния. Слышал, что другие люди сложно проходили границу, кто-то — с нескольких попыток. Знаю, что некоторых беженцев помещают на несколько месяцев в так называемые иммиграционные тюрьмы. Но для нас все прошло достаточно быстро и просто; возможно, потому, что мы были с ребенком. Нас на посту подержали несколько часов, оформили и отправили в ковидный отель. Из него нас выпустили уже через два дня в город — в Сан-Диего, откуда мы поехали в Лос-Анджелес.
Наш пятилетний сын уже ходит в местную школу
Еще когда мы прилетели в Мексику, мы узнали, что для въезда в США нам нужен будет поручитель — местный житель, который нас встретит и поможет подобрать жилье. Через интернет я нашел такого поручителя из Лос-Анджелеса, который подтвердил пограничникам, что готов нам помочь. Действительно, он нас встретил и довез до отеля.
— Как вы устроились на новом месте?
— Мы жили сперва в одном отеле Лос-Анджелеса, потом в другом, затем, наконец, нашли квартиру, в которой живем и сейчас. Учили и продолжаем учить язык. Наш пятилетний сын уже ходит в местную школу. Жизнь здесь для нас оказалась дороговата — и по цене аренды жилья, и по продуктам. Наших денежных накоплений было недостаточно, а работать я не имею права, пока не решен вопрос о политическом убежище. Но нам очень помогали родители.
— А что с политическим убежищем? Вам его дадут?
— Судебное заседание по этому вопросу назначено на март 2023 года. Сейчас у меня официально статус ожидающего убежища. Нам при пересечении границы дали форму, которая дает право находиться легально в США ровно год, но без права на работу. В нынешнем ноябре действие этой формы заканчивается, но мне, как я уже говорил, пришло извещение о назначении даты суда. По этому документу мы через три месяца уже будем иметь право на работу. Я очень этого жду — мне надо поднимать семью, тем более, что мы ждем уже скоро второго ребенка.
— По какой профессии собираетесь работать в США?
— Я закончил в Уфе нефтяной технический университет. Но здесь я, видимо, работать по специальности не смогу. Переучиваться мне поздно, да и некогда — надо семью кормить. Но я намерен освоить новые технические специальности в других, менее сложных сферах — например, в пусконаладке и ремонте бытовых и промышленных технических систем.
"Я ПОЧУВСТВОВАЛ, ЧТО ЭТО КОНЕЦ РОССИИ"
— С какими чувствами вы встретили 24 февраля, когда началась война? Что вы подумали о действиях Кремля, России?
Тогда я подумал: "Это что? Мне такой страшный сон снится? Неужели российская власть стала уже настолько сумасшедшей?"
— Встретил известие о начале войны с сильнейшим возмущением, испытав также и сильный шок. Я в тот день сдавал экзамен на автомобильные права; туда же подъехал мой коллега из Украины. К этому времени я уже сдал экзамен; стою довольный, улыбаюсь, еще ничего не зная. Вижу, что коллега чем-то сильно расстроен. И он говорит мне: "Россия бомбит Украину". Я не поверил, хотя уже недели две перед этим шли разговоры о том, что нападение возможно. Подумал, что, может, Донбасс обстреливают. Коллега говорит: "Нет, бомбят всю страну, Киев в том числе — уже идет и наземное вторжение". Тогда я подумал: "Это что? Мне такой страшный сон снится? Неужели российская власть стала уже настолько сумасшедшей?" Ведь в XXI веке уже никто так не воюет, разве что отсталые страны третьего мира. И, получается, Россия теперь встала в этот же ряд отсталых, архаичных и агрессивных диктатур.
После этого я возненавидел российскую власть еще больше. И вместе с тем в очередной раз убедился, что был прав, уехав из этой страны. Это не моя страна — я не могу в ней жить, находиться, работать для нее, когда она совершает такое.
— Вам приходилось общаться на эту тему с простыми американцами? Что они думают, что говорят?
— Все американцы, с которыми я общался, реагировали на эти события отрицательно-осуждающе, говорили "Russia crazy".
— А что говорили в русскоязычной общине? Она как-то поделилась внутри себя по отношению к войне?
— Вновь прибывшие российские эмигранты относятся к войне резко отрицательно, осуждающе. А многие старые эмигранты, переехавшие в Америку лет 20-30, даже 40 лет назад, до 24 февраля поддерживали Россию, ее внешнюю политику, но после начала войны стали менять свою позицию. Я разговаривал с ними, мне стало ясно примерно следующее. Они не были в России много лет, но, смотря российские телеканалы, слушая российскую пропаганду, думали, что нынешняя Россия — это какая-то супердержава. Они совершенно не представляли, насколько при Путине всё в стране прогнило. Наоборот — говорили что Путин "красавчик", "единственный настоящий мужик среди государственных деятелей", "идеальный президент для страны" и даже "для всего мира". Один из таких старых эмигрантов всё время обрывал наши разговоры про Путина, не любил, кода мы его обсуждали. Когда началась война, мы подошли к нему и спросили: "Ну что, ты до сих по уверен, что Россия — лучшая мире страна?" Он сказал: "Из-за одного сумасшедшего не надо хаять всю страну". Под сумасшедшим, думаю, он имел в виду именно Путина.
Арслан Батраев волонтером помогал украинским беженцам
— Приезжали ли после 24 февраля в Лос-Анджелес украинские беженцы? Оказываете ли вы им какую-то помощь в качестве волонтера? Ходите ли вы на митинги в их поддержку, в поддержку Украины, против российской агрессии?
— Украинских беженцев прибыло очень много после 24 февраля. Я ездил и собирал гуманитарную помощь для них, много работал волонтером в пунктах сбора этой помощи. На митинги я не ходил, но в своих соцсетях постоянно пишу посты против войны с февраля месяца по сей день.
После объявления мобилизации я еще раз убедился, что не зря уехал из этой страны, и вместе с тем почувствовал, что это — конец России
— Когда 21 сентября вы узнали, что в России началась "частичная мобилизация", как вы к этому отнеслись? Пришли ли повестки вашим друзьям и знакомым, оставшимся в стране?
— Опять-таки — я еще раз убедился, что не зря уехал из этой страны, и вместе с тем почувствовал, что это — конец России. Повестки моим знакомым уже приходят. Одному человеку, работавшему в системе "Башнефти" на неплохой должности и вполне довольному своей жизнью, недавно пришло уведомление, что ему нужно прийти в военкомат и получить повестку. Он за ней не пошел. Сразу уволился, собрал вещи и уехал в Казахстан, а сейчас думает, в какую страну ему бы поехать дальше.
"В КРАЙНЕМ ВАРИАНТЕ РАЗВИТИЯ СОБЫТИЙ РОССИЯ РАСПАДЕТСЯ НА МНОГО ГОСУДАРСТВ"
— В Башкортостане — в отличие от Северного Кавказа и некоторых других регионов — нет публичных протестов против мобилизации. Люди получают повестки, покорно садятся в автобусы и едут в части, после чего отправятся в Украину, где могут погибнуть. Что вы думаете обо всём этом?
— Думаю, что народ отчасти плохо информирован о том, что происходит в Украине, каково там приходится российским военнослужащим. Вместе с тем большая часть населения, считаю, одурачена кремлевской пропагандой, верит, что на Россию напало НАТО — нужно защищать родину. Так же думают и их родные, отпуская их без протестов. Ведь многие сейчас даже в деревнях имеют возможность получать иную, альтернативную информацию из интернета, но не верят ей. Они считают ее западной и украинской пропагандой и убеждены, что доверять можно только российским официальным источникам. К сожалению, отравление сознания населения кремлевской пропагандой зашло уже очень далеко.
— Как вы думаете, чем закончится война России с Украиной? И что будет с самой Россией после войны?
Я думаю, Россия проиграет эту войну. Что с ней будет потом? Боюсь, что окуклится и окончательно превратится в Северную Корею.
— В начале войны, кода сам Киев оказался под непосредственной угрозой, мне в какой-то момент показалось, что Украина обречена, что ее оккупируют и вновь превратят в колонию России — что мир это проглотит. Я жутко расстроился. А затем стало видно, как отчаянно, как героически украинцы сопротивляются, как они успешно задержали наступление российских войск на многих направлениях, а некоторые украинские регионы — ту же Киевскую область — вынудили россиян вообще покинуть. Мы также увидели, что Украине стал помогать весь мир — прежде всего, вооружением. К осени началось контрнаступление ВСУ в Харьковской области, на Донбассе, на Херсонщине, в результате чего российская армия несет большие потери, попадает в окружения, отступает и кое-где даже бежит.
Поэтому я думаю, что Россия проиграет эту войну. Что с ней будет потом? Боюсь, что окуклится и окончательно превратится в Северную Корею. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы Путина свергли, отдали под трибунал в Гаагу — и начался бы демонтаж этого страшного режима. Но и в этом варианте Россия все равно будет пребывать в тяжелейшем кризисе: все деньги будут уходить на выплату репараций Украине, а население будет жить в ужасных условиях. Некоторые регионы, безусловно, отделятся от страны; другие, как Башкортостан, оставаясь в составе уже децентрализованной федерации, вернут утраченный при Путине суверенитет.
В крайнем варианте развития событий Россия вообще распадется на много государств. Калининград, Курилы вернутся к тем государствам, в составе которых они были ранее. Национальные республики Северного Кавказа, Поволжья, Севера и Сибири получат независимость; возможно, некоторые из них объединятся друг с другом в форме каких-то новых конфедераций.
— На днях вы заявили, что присоединяетесь к зарубежному "Башкирскому национальному политическому центру", который провозгласил своей целью достижение независимости Башкортостана. Вы разделяете эти цели?
— Да, я считаю что цели и задачи этого центра полностью совпадают с моими политическими взглядами. Я намерен способствовать достижению этих целей; время покажет, в какой мере и в каком формате я смогу это делать.
Пока что мы остаемся в Америке. Думаю, что надолго, так как ситуация в России и Башкортостане в ближайшие годы вряд ли изменится в лучшую сторону. Сигналом же к возвращению на родину может стать только одно — независимое свободное государство Башкортостан. Если республика пойдет к этой независимости, я не исключаю возможности своего возвращения, чтобы помогать строить новое государство.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Россия и пост-Россия: реален ли распад?Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.