Кировский районный суд Перми весной оштрафовал 50-летнюю пермячку Ольгу Иванову на 30 тысяч рублей за 15 антивоенных постов в соцсети "ВКонтакте". Ее признали виновной в "дискредитации" армии (ст. 20.3.3 КоАП РФ). Женщина репостила публикации "Медузы", а также тексты политиков Ильи Яшина и Михаила Ходорковского, где выражалась антивоенная позиция. В июле решение о штрафе устояло в краевом суде. Иванова рассказала, что оба судебных процесса прошли без ее участия, повесток она не получала. Недавно Кировский районный суд удовлетворил ее ходатайство о рассрочке выплаты штрафа. В интервью "Idel.Реалии" Иванова рассказала, почему сейчас страшнее, чем в 90-е годы, по какой причине она не решается на эмиграцию и что намерена делать дальше.
— Вы помните 24 февраля, когда узнали о российском вторжении в Украину?
— Об этом я узнала рано утром. Утром я обычно пью кофе, смотрю различные интернет-ресурсы. Я была просто в диком шоке, по-другому своё состояние назвать не могу. Представила сразу себе аналогию с афганской войной. Это опять грузы 200, это девочки без женихов. Пусть я рассуждаю на каком-то бытовом уровне, но это так и есть. То, что от нас теперь отвернется весь мир, было понятно сразу. Это отвратительно и ужасно — нападать. Мой дед перевернулся в гробу — вот все мои мысли и эмоции. Потом я просто три дня плакала. Отовсюду уже шла информация в различной форме. И я все читала, делала какие-то репосты, в том числе со страницы Ильи Яшина, а потом узнала про закон о "дискредитации" армии.
Поначалу я как-то не восприняла это всерьез, а потом 4 марта этот закон вступил в силу. Примерно 7-8 марта я узнала, что полетели "первые ласточки", и людей стали привлекать по статье о "дискредитации". Уже 9 марта все мои посты были удалены. Я потом узнала, что накануне — 8 марта — сотрудник УФСБ заскринил порядка 70 моих постов. Причем многие из них ни к армии, ни к теме "спецоперации", как ее принято называть, не имеют отношения. Эти посты в основном были про Алексея Навального.
Ольга Иванова
— Как вы узнали, что на вас составили протокол об административном правонарушении?
— Это было в майские праздники. Я была на работе. Мне позвонила дочь и сказала, что приходил участковый и принес мне записку о необходимости прийти пообщаться по ситуации. Участковый сказал, что это "Ростелеком" (интернет-провайдер) направил им информацию, что у меня на странице в соцсетях есть такие репосты, что этим я нарушаю закон и по этому поводу со мной хотят встретиться и пообщаться. Потом, через несколько дней, приходил оперуполномоченный из РОВД, он тоже оставил записку. Ко мне никаких повесток не приходило. По этому поводу я общалась с юристом Артемом Файзулиным. Мне объяснили, что по таким запискам в полицию ходить не стоит. Единственное, что от меня полиции нужно, чтобы я путем наводящих вопросов себя оговорила. Потом уже от "Ростелекома" мне пришло, что на мое имя есть телеграмма, был указан номер телефона. По указанному номеру мне невнятно сказали, что, мол, 23 мая меня вызывают к судье. Когда я спросила, по какому поводу суд, мне ответили — не знаем; мол, придете и все узнаете. Никаких официальных повесток, ничего не было: ни протокола при мне не составляли, абсолютно ничего.
— Судебное заседание состоялось 23 мая?
— Да, административное дело в отношении меня рассматривала судья Кировского районного суда Евгения Сирина. Это суд первой инстанции. На 23 мая у меня были как раз билеты… Суд можно было, конечно, перенести, но мы тогда ходатайство о переносе рассмотрения дела не подали — и суд прошел без меня. Потом мы с правозащитницей Лидией Фоминых обжаловали решение. В краевой суд мы тоже ждали повестку, но ничего не было. И только в конце июля мой защитник сама позвонила в краевой суд — там сказали, что заседание уже состоялось. Хотя опять же не было вообще ничего: ни звонков, ни телеграмм, ни повесток. И решение суда я получила обычной почтой, не заказным письмом. Решение суда я увидела только во второй половине августа.
— Вы планируете его обжаловать далее?
— Да, мы будем подавать в кассацию.
— Суд вас оштрафовал на 30 000 рублей. Вы уже оплатили штраф?
— Штраф не оплатила. Собираем деньги. Я подавала ходатайство, и 19 сентября судья Сирина разрешила мне рассрочку на три месяца. Сначала думала отказать, мол, я за два месяца не оплатила, чем сейчас поможет рассрочка. Но я объяснила, что сейчас в интернете мне помогают собрать деньги. Судья ухмыльнулась и, как бы делая одолжение, ходатайство удовлетворила. Не очень спешно, но деньги собирать помогают, потому что сама я не в состоянии буду оплатить этот штраф.
— Расскажите о себе. Кем вы работаете?
— Я работаю продавцом, продаю фильтры для воды. Мне 50 лет. Образование у меня среднее специальное, медицинское. Но из медицины я ушла в начале 90-х, потому что мне ничего не платили. Тогда я была не замужем, без ребёнка — и зарплаты мне хватало буквально на две недели. Работала после больницы сначала на центральном рынке, потом ушла в магазин. Работала на предпринимателя: не шиковали, но денег, по крайней мере, хватало — жили и не голодали. Но в этом году — в конце марта — у нас сгорел торговый центр. После пожара мы месяц не работали, а цены ещё после 24 февраля прилично выросли. А когда вышли на работу, чувствовалось, как упала выручка. Люди какое-то время вообще не ходили за фильтрами для воды, в основном покупали продукты питания и товары первой необходимости. На нас у людей денег не остаётся. Цены очень выросли, все стараются экономить.
— В России страшно?
— Конечно. По сравнению с 90-ми, которыми всех пугают, в сегодняшних реалиях гораздо страшнее. Тогда были какие-то экономические проблемы, а сейчас политические. Свободы слова нет совсем. Что-то не так сказал — можно тут же получить штраф или тут же уехать за решетку, как происходит со многими политическими деятелями. Я принимала участие и в митингах за Навального, на моих глазах винтили людей, но полиция подходила очень выборочно. Меня не скрутили, хотя я была достаточно активной. Полиция выбирала только молодых. Это же делается специально, чтобы отбить у молодой части населения желание выражать свои мысли.
— Вам не страшно выражать свою позицию?
— Знаете, раньше было не страшно. Год назад было не страшно. А сейчас страх появился. Чем дальше, тем страшнее — мы все ближе к Северной Корее.
— У вас были мысли уехать из России?
— Были, но у меня финансы не позволяют. И немного страшно, я ведь английский знаю постольку-поскольку. И возраст играет значение. Пыталась уговорить дочь уехать, но она тоже побаивается. Нет уверенности в собственных силах. Без финансовой подушки ехать в страну, где ты непонятно, в какой ситуации окажешься, страшновато.
— Ваши близкие разделяют вашу позицию ?
— Моя дочь разделяет. Папа — частично. Остальные нет, потому что работают в основном либо чиновниками, банкирами или в следственных органах. Они все за Путина. Если мы встречаемся, то стараемся о политике не говорить, чтобы не агрессировать друг на друга.
— Какое будущее вы видите у России?
— Сложно сказать. В конце каждого своего ролика Евгений Ройзман говорил, что все будет хорошо — и хотелось ему верить. Не думаю, что в России будет социальный взрыв, потому что все буйные либо сидят, либо уехали. Остались самые запуганные и те, кто не мог никуда уехать. Если политический вектор не поменяется, не вижу ничего хорошего. Это будет просто вторая Северная Корея. Просто закроемся как ксенофобы и будем думать, что мы великие.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.