В Татарстане в начале июня официально создали именные батальоны "Алга" и "Тимер" для отправки на войну в Украину, в которые могут вступить жители республики. Однако до этого на фронт уже отправлялись татарстанцы-добровольцы. Сколько их — официально неизвестно. Однако из чуть более ста официально подтвержденных смертей военных из Татарстана как минимум 8% — это добровольцы. Они, согласно официальным данным, подписывают контракт с Минобороны России и отправляются служить. "Idel.Реалии" смогли поговорить с татарстанцем, который не так давно вернулся с войны. Он утверждает, что служил в частной военной компании (ЧВК), попав туда через военкомат. Мужчина рассказал, почему, по его мнению, Россия начала войну, как ведет себя военное руководство и почему все то, что говорят в государственных российских СМИ, — это обман.
ТАТАРСТАНСКИЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ НА ВОЙНЕ
В конце июля стало известно, что на войне в Украине погибли более сотни уроженцев или жителей Татарстана (их смерть так или иначе признала российская сторона). 8% из них — добровольцы-контрактники. Это те, кто пошли на войну не из-за того, что уже были в армии и служили там по контракту или проходили срочную службу. Речь идет о тех мужчинах, которые в силу разных причин сами, добровольно, подписали контракт с Министерством обороны России и поехали воевать в Украину.
Татарстанские государственные СМИ часто публикуют информацию об этих людях. Однако никто из них никогда не критикует армию или политическое руководство России. Напротив — они говорят, что отправились "защищать родину от фашистов". Судя по этим сообщениям в госСМИ, таким добровольцам зачастую около 50 лет, большая часть из них уже была на войне — например, в Сирии или Чечне.
До середины мая люди, которые изъявили желание добровольно отправиться на войну, шли в военкомат — там их распределяли по разным частям. Так, например, 6 апреля "Татар-Информ" сообщал, что около 1 400 казаков Всероссийского казачьего войска принимают участие в боевых действиях на Донбассе; есть среди них и те, кто приехал из Татарстана. Они несколько раз подчеркивают в публикации, что это их добровольное решение.
2 июня президент Татарстана Рустам Минниханов подписал указ о единовременных выплатах в размере двух миллионов рублей семьям добровольцев из Татарстана, погибших на войне в Украине.
10 июня в официальных пабликах государственных СМИ Татарстана появилась информация, что "казанский военкомат пригласил на службу мужчин до 49 лет, ранее служивших в армии". Из объявления следует, что добровольцам обещают "стабильную зарплату от 205 до 270 тысяч рублей в зависимости от специальности" и разные бонусы. "Так, за лето вы сможете заработать около миллиона рублей!" — говорилось в объявлении.
Такие объявления появились в пабликах и Telegram-каналах Татарстана, а также в общественном транспорте
16 июня в Telegram-канале "Татмедиа" появилось следующее сообщение:
"Ежедневно из Татарстана в зону специальной военной операции на Украину отправляются добровольцы из жителей республики. Сегодня из Казани уезжает очередная партия контрактников — десять мужчин из разных районов республики".
24 июня появился Telegram-канал "Батальоны Татарстана: Алга и Тимер". Так назвали два официальных именных батальона добровольцев из Татарстана: "Алга" в переводе с татарского — "вперед", а "Тимер" — "железный".
Татарстанцам, которые решат вступить в батальоны ("Алга" уже сформирован и отправился для прохождения обучения — "боевого слаживания"), обещают 260 тысяч рублей единовременно для того, чтобы "семья могла жить это время без кормильца", а также $53 в день "гарантированно", 8 000 рублей в день при участии в активных боевых действиях, "солидную экипировку", "серьезный набор пособий и страховое, материальную помощь родственникам, пожизненные льготы".
Но и это еще не все. "За боевые успехи" обещают премии. Под "боевыми успехами" подразумевается уничтожение техники и солдат "врага": 300 тысяч рублей — за самолет, 200 тысяч — за вертолет, 50 тысяч — за беспилотник, 300 тысяч — за танк, 50 тысяч — за другую технику и 100 тысяч "наиболее отличившимся бойцам за уничтожение живой силы".
Отметим, что именно эта дополнительная "награда" не фигурирует ни в каких официальных документах за подписью президента Татарстана, зато активно распространяется официальными СМИ. Так, например, телеканал "Татарстан 24" утверждает, что информация про эти "вознаграждения" есть в "справочнике участника специальной операции".
В середине июля безработный житель Татарстана рассказал "Важным историям", что его пригласили в центр занятости и предложили поехать воевать в Украину. Это произошло еще в середине мая, с ним пришли еще восемь человек. "Мужчина в возрасте" предложил ему и другим посетителям вступить в "резервный" батальон, который формируют в Казани. По словам рекрутера, батальон будет стоять на территории России возле границы с Украиной и "может быть, иногда придется заезжать на территорию Украины". Рекрутер предложил заключить контракт с оплатой 300 тысяч рублей в месяц. Мужчина отказался и ушел.
"МЫ БЫЛИ КАК МЯСО"
Из соображений безопасности мы публикуем интервью с добровольцем из Татарстана анонимно — об этом он сам попросил журналиста. Часть интервью, где собеседник приводит свои личные данные, сокращена или изменена в целях его безопасности. Редакции известно его полное имя; его фотографии из зоны боевых действий также есть в распоряжении "Idel.Реалии".
— Почему вы решили отправиться на войну в Украину добровольцем?
Я хотел внести свой вклад. Чтобы эту войну закончили побыстрее
— Я уже немолодой. Зашел в военкомат и хотел узнать, когда призыв. Узнал, составил [документы] и поехал в военную часть ближе к границе. Там у нас был отдельный батальон, нас там формировали. И потом мы пошли уже воевать.
— Почему вы решили это сделать? Это патриотизм, желание защитить родину или, может быть, заработать?
— Я смотрел телевизор и видел, как там убивают наших ребят. Просто у меня есть опыт уже — я в Чечне был, воевал. Я в звании, думал, пойду и свой долг буду нести. Нет, это не из-за денег. Я хотел внести свой вклад. Чтобы эту войну закончили побыстрее.
— Можете вспомнить утро 24 февраля, когда вы проснулись и увидели новости? О чём вы подумали?
— Знаете, я вам не могу сказать данные моменты... Я вам скажу одно: когда туда попал, нас бомбили ежедневно. Нас уничтожали, было очень страшно. Смерть была каждый день. Каждый день! Или я выживу, или нет. Это было очень страшно! Я никому не пожелаю это все вытерпеть. И я хотел бы сказать большое спасибо моему земляку — я с ним служил рука об руку. Если бы не он, я бы не смог отработать до конца. Но я сделал свой выбор и контракт отработал до конца.
— Как ваши близкие отреагировали на то, что вы решили пойти воевать?
— Хочу сказать большое спасибо своей жене. Она меня очень ждала, очень сильно ждала. Такую любовь ее не передать словами, нужно просто чувствовать. Низкий поклон моей жене. И после войны я стал ее еще больше любить, ценить и уважать, что у меня есть такая женщина, которая меня ждет.
— Сейчас власти уже официально объявили о создании двух новых батальонов — "Алга" и "Тимер". Как вы относитесь к таким образованиям?
То, что показывают по телевизору, — это все обман
— Что я вам скажу? Вот это "Алга" — это просто заманивают людей. А уже там люди понимают, что это просто обман. Вот мы, даже вот я, до сих пор мы не получили денег за июнь месяц. Это всё обман! Нас обманули. Мы наёмники, мы добровольцы — и нас просто обманывают.
"Алга" — это чисто людей нанимают, дают им первые взносы, а потом уже их обманут. Мы ЧВК — частные военные компании. Денег мы до сих пор не получили за июнь! Я буду писать письмо в администрацию Путина.
Все, что показывают, — это только 1% правды. Там смерть. А то, что нам показывают по экрану, — это обман. Вот мы два месяца не могли взять село в Донецкой области. Нас бомбили конкретно, очень сильно, не сказать словами.
— Можете рассказать о каких-то случаях, которые вам запомнились за время вашей службы?
— Что я могу рассказать. Нас выводили... мы были как мясо. Мы выходили на передовую, нас видели квадрокоптеры — и бомбили нас. То есть мы вызывали на себя огонь. А уже после этого наша артиллерия била по войскам.
— То есть вас использовали как приманку?
— Да-да, все правильно. Мы были чисто мясом.
— Много людей погибло из вашего батальона?
— Нас было более ста человек, когда мы зашли в Украину. А когда вышли — осталось около 70% .
— У вас же были люди со всей России, не только из Татарстана?
— У нас взвод, мне повезло, был в большинстве из Татарстана, но были и из других регионов парни. Все, кто со мной служил, никто не струсил. Все были до конца, никто не убежал.
— В российских государственных СМИ говорят, что на войне погибло очень много украинских военных, а вот со стороны России информацию не обнародуют или утверждают (неофициально), что убитых немного. Вы верите в это?
— Нет. Я же вам объяснил: то, что показывают по телевизору, — это все обман. Это просто идет дезинформация. У нас там очень сильно гибнут люди. Мы в первом бою трех человек потеряли. Это было очень страшно, это было Запорожье.
И наши военные командиры не знают информации. Один взвод у нас отправили по ошибке в другой район. Они ночью вышли, слава богу, что вышли — пешком, под боем! Они ошибаются даже районами! У нас ничего не было, даже карт.
— В армии как-то объясняют, почему идет эта война и какая стоит задача?
Мы, старые, там остаемся. Нам уже нечего терять.
— Вот был один поселок в Донецкой области, мы его заняли. Он полностью был заминированный. Сейчас идет уборка урожая, но они не дают убрать. Трое детей пошли на поле и они там... Это политика. Это Путин делает все для того, чтобы завести Украину в нищету.
— По вашей риторике получается, что вы против власти. Но почему вы тогда пошли воевать?
— Я же вам объяснил.
— Чтобы долг выполнить?
— Да. Мне просто жалко наших молодых ребят. Как они погибают и как над ними издеваются. Они же молодых пускают. Если у вас есть мои фотографии, посмотрите, кто там. Кроме нас, кому за 40 лет, никого нет. Молодые все убегают, они все понимают. А мы, старые, там остаемся. Нам уже нечего терять. У меня дети, внуки. А там — там только смерть и обман.
— То есть вы считаете, что не нужно было начинать войну?
— Это все идет сверху, все от наших властей. Если бы нужно было Путину, нашему дорогому, он мог бы все завершить. Но там все...
Вот, например, мы десять дней стоим воюем. А потом мы берем и сдаем свои позиции — якобы отдыхаем. И опять мы заходим, а наши окопы уже заняты боевиками. А мы их снова берем. Зачем это все надо было делать? Если мы уже взяли этот район. Для чего все это? Зачем нужно было отдыхать? Я этого не понимаю.
— То есть вы считаете, что руководство армии не понимает, как нужно действовать?
— Да. Это все сделано специально. Эта война будет очень долго, это я знаю. Я там побыл, я там видел, я там общался с местными жителями. Это всё сделано специально.
— Вы говорите, что Путин начал войну, чтобы Украину сделать нищей. А зачем ему это?
— Он хочет поставить Украину на колени, что он такой хороший правитель. Чтобы он всех нагнул. А за счёт чего он нагнул? За счет того, что мы, идиоты, туда пошли воевать. Это мое мнение.
Нам что обещали? У нас даже нормального питания не было. Мы хлеб видели раз в полмесяца. Это уже о чем-то говорит.
— По телевизору в России говорят, что украинцы радостно встречают российских военных. Вы встречали там таких людей?
— Да, они очень к нам хорошо относятся. Они ненавидят людей из Донбасса. У нас были белые повязки, а у них [военных из "ДНР" и "ЛНР"] — красные. Украинцы терпеть не могли их. Я как-то вопрос задал, мне женщина сказала: "Вы, русские, — добрые и хорошие, а наши — они нас грабят, занимаются мародерством". А мы даже свой паек отдавали, чтобы им было хорошо.
— Вы наверняка слышали, что российских солдат обвиняют в военных преступлениях. Как вы к этому относитесь? Справедливы ли эти обвинения?
Они занимались мародерством: заходили в дома, телефоны забирали, грабили
— За два месяца, что я там воевал, у нас не было [ничего подобного]. Мы ко всем хорошо относились. У нас там были смешанные бригады, у нас были и из Дагестана ребята. Ну... они трусы. Когда была бомбежка, они уехали. Но чтобы к местным жителям они плохо относились — такого не было. Мы ко всем хорошо относились.
— Какое ваше мнение — могли ли российские солдаты пойти на такие преступления?
— Это делает не российская армия, это делают отдельные батальоны с Северного Кавказа. Да, они занимались беспределом — да, это было. Но только не русские.
— Почему они так себя ведут?
— Не знаю. Они просто занимались мародерством: заходили в дома, телефоны забирали, грабили. Да, это я знаю хорошо. Мы заходили в поселок и нам говорили, что, если бы не мы, русские, то была бы полная задница. Они там очень сильно наглеют.
Главное, что я хотел бы сказать, что добровольцев, которые идут туда, просто обманывают. Я звонил в военкомат, мне сказали, что там нет добровольцев. Парни, которые остались там еще, в Донбассе, сказали, что как только они переходят границу, их снова отправляют туда назад. В итоге они своим ходом едут в Россию.
— Есть свидетельства, что добровольцы сами должны приобретать форму, обувь и амуницию перед отправкой на войну. Это так?
— Да, есть такое.
— А почему так? Вы же контракт с Министерством обороны подписываете.
— Нет, у нас не Министерство обороны. У нас — частная военная компания. ЧВК. Мы наемники.
Когда мы только туда зашли, нам командир роты сказал: "Кто умрет, кто будет груз 200, мы не будем домой отправлять, мы тут похороним". Мы были все в шоке.
— Из Татарстана, по нашим подсчетам, погибло более ста человек. Из них как минимум восемь были добровольцами. То есть пошли на войну после того, как она началась, и сами решили подписать контракт. Об этих людях написали, что они погибли. Вы думаете, что погибших добровольцев на самом деле больше?
— Ну, да.
— А как так происходит? У них же, вероятно, есть родственники. Неужели они не пытаются их найти?
У них, командиров, есть образование и звание, но опыта нет
— У нас парень погиб. Мы все горой стояли, чтобы его отправить. Его завернули в плащ-палатку, отправили в госпиталь. С ним поехал наш товарищ, чтобы его сопровождать. Только так его домой увезли.
— Сейчас часто сравнивают эту войну с чеченской. А что думаете вы?
— Нет, это совсем не похоже. Сейчас идет артвойна (артиллерийская). Квадрокоптеры снимают местность, идет артстрельба, и только после этого идут солдаты. То, что было в Чечне, — это две большие разницы.
— Технологически разные войны, а по организованности? Вы говорили, что военное руководство не всегда понимает, что делает.
— Да они тоже наемники — такие же, как и мы. Звание есть и пошел. У них, командиров, есть образование и звание, но опыта нет. Очень много ребят, которые из-за них там погибли.
— У батальонов "Алга" и "Тимер" вроде бы уже контракт с Министерством обороны России. Может быть, их уже так обманывать не будут?
— Я не знаю. Я знаю, что очень много солдат бегут оттуда. Но мы-то вот выдержали. Но просто идет большой обман. Чего они этим добиваются — я не понимаю.
Со мной были парни, они все уже служили — кто был в спецназе, кто был в Чечне. Парни сильные духом. А молодые... Они все бежали.
— Молодые — это те, кто не служил?
— Это те, кто отслужил в армии, но не был в боевых действиях. Те уходили, потому что было страшно. А остались только те, кто прошел войну. И я очень им благодарен. Это мои настоящие друзья.
И напишите обязательно, чтобы они людей не обманывали. Они заманивают, а потом обманывают. Это зачем? Не нужно так.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.