В начале июня преподаватель из Перми, кандидат филологических наук Алена Подлесных обратилась в прокуратуру и инспекцию по охране объектов культурного наследия из-за баннера с буквой "Z" на здании Дома офицеров. В надзорном ведомстве активистке ещё не ответили, а инспекция согласилась, что его повесили без разрешающих на то документов. Однако уже 22 июня чиновники заявили, что управляющему зданием Дома офицеров "было разъяснено, что он может в соответствии с процедурой уведомить инспекцию и согласовать размещение вывески". Преподаватель стала получать угрозы — ей предложили бежать из России, назвали врагом народа и пожелали остаться без работы. Что об этом думает сама Подлесных — в интервью "Idel.Реалии".
— Что вы почувствовали 24 февраля?
— Ужас и ощущение, что мир рухнул.
Как говорил Лев Толстой, война противоестественна человеческой природе
— Как можно относиться к этой войне?
— Никаких положительных или хотя бы нейтральных слов невозможно подобрать. Можно относиться как к чему-то ужасному. Как говорил Лев Толстой, война противоестественна человеческой природе.
— Вы не боялись последствий, когда решили написать заявление в надзорные органы по поводу баннера с буквой "Z" на здании Дома офицеров?
— Нет. А какие последствия могут быть, если я заявляю, что на одном из зданий в центре города незаконно размещена вывеска? Неважно, какого она содержания. Дом офицеров Пермского гарнизона — это объект культурного наследия регионального значения. Почему на нем что-то навешано? В то время как памятник должен быть свободным для обзора. То есть баннер на объекте памятника недопустим. Кроме того, баннер установлен прямо над входом в здание, что может быть небезопасно для посетителей Дома офицеров.
Алена Подлесных
С другой стороны — на фасадах зданий запрещено размещение каких-либо графических изображений. Об этом гласят Правила благоустройства города Перми. Поэтому другое свое обращение по поводу баннера я подала в прокуратуру, чтобы она проверила законность. Таким образом, я не думала даже о каких-либо последствиях для меня. Я всего лишь попыталась добиться исполнения законодательства. При этом в своих обращениях я не анализировала содержание баннера, не критиковала его, а лишь указала на то, что он размещен незаконно. Интересно получается: я не анализирую, что написано на баннере, а чиновники анализируют. Потому что любой другой баннер они бы сразу сняли, а этот не хотят. Вот в чем дело.
Я не анализирую, что написано на баннере, а чиновники анализируют
— С этим баннером разворачивается довольно интересная история. Инспекция по охране объектов культурного наследия первоначально ответила вам, что он висит незаконно и его нужно снять, а позднее заявила, что управляющему зданием Дома офицеров "было разъяснено, что он может в соответствии с процедурой уведомить инспекцию и согласовать размещение вывески".
— Да, история, действительно, интересная. Я получила письмо из инспекции по охране объектов культурного наследия, что баннер будет демонтирован незамедлительно. А утром следующего дня я все же позвонила исполнителю письма и уточнила, что значит "незамедлительно". Инспектор ответила: "В тот же день, как руководство Дома офицеров получит письмо". Но через полчаса после этого разговора в СМИ уже появились заметки о том, что правительство Пермского края не разрешило снимать баннер. То есть получается, что баннер останется на месте в нарушение закона.
— Вы начали получать сообщения от многочисленных пользователей, которые обвиняют вас в предательстве родины. Как вы можете это прокомментировать?
— Я не ожидала, что так будет, и не думала, конечно, что законное требование снять баннер спровоцирует такой шквал негатива от троллей. Они писали мне во всех мессенджерах, где только могли меня достать: писали sms, на электронку, отправляли заявки в друзья и звонили. Всего было около 100 звонков, сообщений и прочих знаков внимания.
Кроме того, пытались взломать мои аккаунты и даже личный кабинет в госуслугах. Но теперь удалось установить, что это не была рассылка спама программой — это пишут люди: вероятно, и те, кому за такую работу платят, и те, кто делает это по зову сердца. Нескольких авторов этих сообщений мне удалось установить по номеру телефона и по данным, выложенным в открытом доступе. Так, Юлия Морозова из Великих Лук в sms-сообщении написала, что таким, как я, не место в России. И когда Telegram-каналы опубликовали скрины сообщений с угрозами, Юлия прислала мне sms с требованием удалить скрин с ее номером телефона. То есть реальный человек — кстати, со своим маленьким бизнесом (она занимается выпечкой тортов) параллельно или подрабатывает троллем, или просто пишет гадости от души.
— Вы смелый человек?
— Нет, конечно. Я обычный человек — и чувство страха мне знакомо, как и всем. После случая с Z-баннером я услышала много слов благодарности от россиян (особенно от пермяков) и восхищения моей смелостью. Но я не понимаю, в чем здесь проявилась смелость: я всего лишь потребовала от администрации города соблюдения закона.
После случая с Z-баннером я услышала много слов благодарности от россиян (особенно от пермяков) и восхищения моей смелостью
— Сказываются ли на вас санкции?
— С 2008 года я сотрудничала с чешским издательским холдингом Albatros Media: там выходили мои учебные пособия по русскому языку и словари. Мне кажется, что больше предложений такой работы не будет. Последнее мое пособие — двуязычная книга "Война и мир" (краткое изложение романа Л.Н. Толстого) — вышло в Чехии в начале февраля этого года. Учебник по русскому языку с таким названием, изданный в феврале 2022 года, — это символично, мне кажется.
— Ваши близкие вас поддерживают?
— Конечно. Их поддержка — важное условие того, почему я занимаюсь правозащитной деятельностью. Конечно, если бы не было поддержки семьи и друзей, я не была бы такой сильной, какой меня считают.
— Есть ли в вашем окружении те, кто пытаются вас переубедить в ваших взглядах на войну?
— Сейчас ни одного. С кем-то, конечно, после 24 февраля я прекратила общение. Но таких людей единицы. Даже моя мама, которой 70 лет, абсолютно солидарна со мной. С друзьями и близкими мне повезло.
— Вы преподаете дистанционно детям из Украины. Расскажите об этом проекте.
— В первых числах марта я увидела объявление о проекте, в который приглашались педагоги из России, желающие заниматься дистанционно с украинскими детьми, чтобы поддержать ребят — и я предложила уроки журналистики. Я преподаю раз в неделю, со мной занимаются украинские подростки, большинство из которых бежали из Украины и живут за границей.
Даже моя мама, которой 70 лет, абсолютно солидарна со мной. С друзьями и близкими мне повезло.
— Что говорят вам дети?
— Первые уроки были очень тяжёлые: я веду занятие и с трудом сдерживаю слезы! Это был март, и одна девочка написала, что происходит в Мариуполе. Было очень нелегко обсуждать такие тексты. И мы договорились с ребятами, что постараемся (хотя это сложно) не трогать военную тему. И подростки писали об экологии, о любимой музыке.
Я общаюсь с Ириной — мамой одной из девочек (это семья из Харькова). Ирина рассказала, что у дочери негативное отношение к россиянам, но мать пытается доказать ребёнку, что не все россияне плохие. И я считаю, что моя задача — показать украинским подросткам, что россияне в большинстве своем — не враги украинцам. Среди учеников есть девочка, которая не пропустила ни одного занятия — и она единственная из всех говорит со мной только на украинском. Мы не всегда понимаем друг друга, но другие ученики переводят. Я обожаю эту девочку по имени Алекса — и мне кажется, что это взаимно.
— Какой вы видите Россию в ближайшие годы?
— Несчастной, страдающей, истекающей кровью.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.