Искандер Мушинский — сын татарского писателя Ахата Мушинского — пострадал от действий охранника кафе. Мужчина "отправил" его в кому, лишил памяти, образования и семьи. Искандер признается: в Татарстане он не смог найти объективного суда. Ему помог Президиум Верховного суда РФ.
— Чуть больше двух лет назад я встретился с друзьями в кафе "Цезарь" в центре Казани. Сейчас этого кафе нет, как и нет охранного предприятия, которое обслуживало это заведение. Всё было закрыто спустя два месяца после инцидента, произошедшего со мной в декабре 2016 года. В тот вечер мои друзья праздновали там день рождения и я присоединился к ним с опозданием. Когда я пришел, компания практически сразу решила выйти на перекур. К тому моменту я уже снял куртку и повесил ее. Снимая свою одежду с вешалки, я случайно уронил вешалку. На ней висела только одна моя куртка. Рядом за столиком сидели девушки, я извинился за свою неуклюжесть. В этот момент ко мне подбежал охранник, — рассказывает Искандер Мушинский.
Я упал и после этого уже с трудом осознавал, что происходило дальше
Охранником оказался ранее судимый уроженец Чеченской республики Шамиль Завгаев. Как стало известно нашему изданию, 21 октября 2015 года Курский районный суд Ставропольского края назначил Завгаеву три года условного заключения за преступление по ч.1 ст.111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). Но мужчина уклонился от исполнения наказания: не встал на учет, не отмечался, переехал в другой город, неофициально устроился работать охранником.
— Завгаев Шамиль вышел на крыльцо вслед за мной, попутно развивая конфликт. Я не понимал, что ему от меня нужно, старался не вступать в перепалку и чувствовал себя вполне спокойно. Я не доставал руки из карманов куртки (из материалов дела следует, что "скорой" пришлось разорвать куртку, чтоб вынуть руки из карманов пострадавшего — прим. ред.). В какой-то момент на крыльце Завгаев рукой бьет меня в голову. Я не ожидал этого удара. Понятно, если бы его действия были бы предсказуемыми, я бы достал руки из карманов как минимум. Я служил в армии и могу постоять за себя. Но я никак не мог предположить, что охранник сам учинит драку. Я упал и после этого уже с трудом осознавал, что происходило дальше, — вспоминает Искандер Мушинский.
После удара молодой человек попал в реанимацию, был в коме и смог самостоятельно встать только через полгода. Из диагноза следует, что один удар принес пострадавшему перелом лобной кости справа с переходом на сагиттальный шов, кровоизлияние, гематомы. Всё это охарактеризовано в диагнозе как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Прибывшие на место сотрудники полиции обнаружили охранника в туалете, запертом изнутри. У него был порез на левой кисти. Впоследствии Шамиль Завгаев расскажет, что Искандер Мушинский угрожал ему ножом, поранил его кисть и этим спровоцировал драку. Слова охранника опровергнут камеры видеонаблюдения, но подтвердят три свидетеля: брат Завгаева и два человека — напарник охранника и администратор заведения.
Мушинский достал из кармана предмет похожий на нож — рукоятку я не видел
По словам Искандера Мушинского, он выяснил, что брата Завгаева в тот вечер в кафе не было. Никто из присутствующих там его не видел. На охранника всё же возбудили уголовное дело по ч.1 ст.111 УК РФ. После избрания меры пресечения и до вынесения приговора обвиняемый находился под домашним арестом.
На первых допросах, исходя из материалов дела (имеются в распоряжении редакции), Шамиль Завгаев отказывался давать показания, ссылаясь на 51-ую статью Конституции. Позже он признался — удар по голове Мушинскому был нанесен из соображений самообороны. По словам Завгаева, компания шумела, распивала алкогольные напитки, мешала остальным гостям, а на замечания охранника реагировала нецензурной бранью. После этого, как заверил обвиняемый, они вышли на улицу и там завязалась потасовка.
"Мушинский достал из кармана предмет похожий на нож — рукоятку я не видел, заметил только лезвие около 15 см. Он держал нож в правой руке и замахнулся снизу в корпус моего тела. Я отбивался руками и Мушинский нанес мне один удар между большим и указательным пальцем левой руки. От удара я ощутил острую боль, пошла кровь. После этого Мушинский снова замахнулся ножом снизу — я увернулся от удара и нанес ему левой рукой один удар в область челюсти", — говорится в показаниях Шамиля Завгаева.
Во время рассмотрения дела в суде мне и моей семье даже не предложили адвоката
Искандер Мушинский отрицает слова обвиняемого. Он напоминает, что нож видели только свидетели защиты и никто больше. "Я никогда не носил с собой оружие. Я знал, что могу постоять за себя в случае чего", — говорит молодой человек. После этого вечера в декабре 2016 года он провел полтора года в больницах. На лечение ушло более одного миллиона рублей. На реабилитацию требуется еще больше. Его мать — Роза Мушинская — перенесла инфаркт после случившегося с сыном.
— Первые две-три недели я был в критическом состоянии. Решался вопрос о моей жизни. Я находился в коме. Потом я был в пассивной коме: глаза открыл, но не мог двигаться и разговаривать. Я начал издавать какие-то звуки только через три месяца после случившегося. В это время меня пытались как-то опрашивать, но я ничего не помнил и не мог вообще ничего описать, — говорит Искандер Мушинский.
Судебное разбирательство по делу Шамиля Завгаева стартовало седьмого июня 2017 года в Вахитовском райсуде Казани. Рассматривал дело судья Артем Идрисов. Потерпевший считает, что судья и прокурор нарушили его конституционное право на доступ к правосудию. По его словам, государство не обеспечило ему защиты.
— Во время рассмотрения дела в суде мне и моей семье даже не предложили адвоката. Мы никогда раньше не участвовали в судах и понятия не имели, что нам нужен адвокат. Тогда все мои родные находились в шоковом состоянии, а никто из прокуроров, следователей, судей даже не предложил бесплатного адвоката. Защитник у меня появился уже после приговора, на этапе апелляции. О его необходимости нам рассказали опять-таки друзья семьи, а не те, кто, по сути, должен был защитить права потерпевшего, — рассказывает Искандер Мушинский.
Судья Идрисов решил сам провести свою медэкспертизу и проверить меня на вменяемость
Он признается, что при рассмотрении дела находился в невменяемом состоянии: не понимал, что происходит вокруг, не узнавал людей. Мужчина вспоминает, как в первый раз встретил своего обидчика в коридоре Вахитовского райсуда Казани. Шамиль Завгаев стоял с братом и адвокатом. У адвоката из рук упала папка, Искандер решил помочь даме и поднял, а в ответ услышал от обвиняемого: "Он на нас кидается". Молодой человек говорит, что не сразу понял, кто кричит и по какой причине. Впоследствии Завгаев пытался убедить судью в попытке нападения на него за пять минут до процесса, но прекратил всякие попытки после предложения Мушинского просмотреть запись с камер видеонаблюдения в коридоре.
— На первом допросе я рассказал всё, что помнил: занимался футболом, есть сын, работал, занимался бизнесом. То есть, все ключевые моменты из жизни, которые запомнил. Конкретно по делу в суде мне сказали: "Не помнишь, ну и ладно". Причем, суду были предоставлены документы о моем невменяемом состоянии, все медицинские заключения. Но судья Идрисов решил сам провести свою медэкспертизу и проверить меня на вменяемость. Он попросил запомнить его фамилию и назвать ее на следующем заседании. Мне, конечно, больно признавать, но я не запомнил. Тогда у меня голова не работала. Перед началом следующего процесса сестра мне подсказала. Идрисов попросил назвать его фамилию, я сказал. Он сообщил, что я могу участвовать в процессе. Похоже, он обладает какими-то супер силами, раз может делать такие заключения, — говорит Искандер Мушинский.
О том, что я в чем-то виновен, я узнал только из приговора
По его словам, судья обязывал его появляться на заседаниях, даже когда потерпевший ложился в больницу. По этой причине ему прописали антидепрессанты: "Чтобы мог нормально разговаривать во время процесса", — признается Мушинский. Он не помнит, как на суде оправдывался обвиняемый, на чем настаивал прокурор, какие вопросы задавали ему самому. "О том, что я в чем-то виновен, я узнал только из приговора", — говорит молодой человек.
Не совсем виновен. Суд признал вину Шамиля Завгаева и назначил ему два года и один месяц условного заключения. Факт того, что молодой человек скрылся от исполнения прошлого наказания, судья Идрисов не посчитал отягощающим обстоятельством и постановил исполнить решение Курского райсуда Ставропольского края самостоятельно. Так как Завгаев провел год под домашним арестом, это время засчитали как исполнение части приговора — один день за два.
"Частичное признание вины в предъявленном обвинении, фактическое признание вины по обстоятельствам, установленным судом, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, аморальность и противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, наличие на иждивении подсудимого престарелой матери, нуждающейся в уходе, состояние здоровья подсудимого и всех его родственников, суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание", — говорится в решение суда.
Именно этот абзац вызывает большую часть вопросов у Искандера Мушинского. Он утверждает, что обвиняемый оклеветал его, дал лживые показания, а судья решил не разбираться в деле. Пострадавший уже с адвокатом Павлом Мазуренко обжаловал решение суда в Верховный суд РТ, но получил отказ.
Искандер Мушинский в больнице
— Далее нам было отказано в кассации здесь, потом в Москве и мы дошли до последней надзорной инстанции — Президиума Верховного суда РФ. Президиум вернул дело на кассацию в Москву, а они — в Казань, — сообщает защитник Павел Мазуренко.
Параллельно с этим Искандер Мушинский был на приеме у семи прокуроров в Казани, лично побеседовал о своем деле с Илдусом Нафиковым, написал заявления о клевете и заведомо ложных заключениях на судью и прокурора, участвующего в его деле. Его жалобы и заявления остались без рассмотрения, но прокурор Татарстана, по словам Мушинского, написал пояснение к его кассационной жалобе.
— Во время слушания в президиуме, те люди, которые видели меня раньше, были шокированы моим состоянием. Я был под антидепрессантами и не мог прочитать свою речь. Буквально на пятом предложении у меня начиналась истерика. Я не мог читать и просто перевернул на последний лист и зачитал всё, что было под словом "прошу". Судья сказал: "Искандер, не волнуйся, успокойся и продолжай. Мы никуда не торопимся". Свою речь на пяти страницах я произносил около получаса. Суд ждал, никуда не торопил. А в Казани было так: "Ну, что пришел, давай быстрее". Надеюсь, после решения Президиума всё изменится. Я хочу добиться справедливого наказания для этого человека! — заявляет Искандер Мушинский.
В эту сумму и в этот приговор судья оценил всё, что я пережил
Верховный суд Татарстана рассмотрит его жалобу во вторник, 19 марта. В ней говорится, что выводы судьи Идрисова в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, существенно нарушается уголовно-процессуальный закон, неправильно применяется уголовный закон, а также приговор несправедлив в отношении потерпевшего. Отметим, суд первой инстанции постановил выплатить в качестве расходов на медобслуживание 15 тысяч рублей, а на моральную компенсацию — 30 тысяч рублей.
— В эту сумму и в этот приговор судья оценил всё, что я пережил. До того дня у меня была работа, семья. Тогда я сдал последний государственный экзамен в энергетическом университете и собирался защищать диплом. Я был на хорошем счету на работе и занимал ответственный пост. Вместе с женой мы воспитывали сына. А теперь я не могу окончить университет, потому что у меня большие проблемы с памятью, я потерял должность из-за того, что не могу с ней справляться после травмы, а жена от меня ушла. Этот человек должен ответить за то, во что превратил мою жизнь. Ответ этот — уголовное наказание, — резюмирует Искандер Мушинский.
Редакции "Idel.Реалии" не удалось связаться с Шамилем Завгаевым. По информации пострадавшего, после вынесения приговора молодой человек вернулся в Чеченскую республику.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Мы говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.