Судья Кировского райсуда Уфы Татьяна Мухина в четверг оштрафовала председателя национальной организации "Башкорт" Фаиля Алсынова на 150 тысяч рублей за "повторную организацию несанкционированного митинга". Процесс длился с минимальными перерывами одиннадцать с половиной часов и сопровождался, по заявлениям защиты, многократными процессуальными нарушениями.
Напомним, что активист, которого полиция обвинила в организации несанкционированного митинга в Баймаке 30 сентября, потребовал предоставить ему квалифицированного переводчика с башкирского языка, сославшись на свое плохое знание юридических терминов на русском языке. Переводчик был представлен в суд полицией; кандидатуры, предложенные защитой, были судом немотивированно отведены. На заседании, которое прошло во вторник, представители обвиняемого высказали множество претензий к работе назначенного переводчика, заявив, что он искажает практически каждую произнесенную фразу.
Муки уфимского правосудия, впервые столкнувшегося с требованием обвиняемого обеспечить ему полный перевод процесса на башкирский язык, продолжились и в четверг 22 ноября.
Процесс вызвал большой интерес среди адвокатского сообщества в Уфе. Судья Татьяна Мухина, ожидавшая, что интересы Фаиля Алсынова будут, как и прежде, представлять трое защитников — активисты башкирского движения Гарифулла Яппаров, Рамиля Саитова и Сагит Исмагилов — обнаружила, что в дело заявились еще три юриста, среди которых был известный экс-адвокат Виталий Буркин. От новых защитников суд отделался просто — Буркин и его коллега, юрист Артур Галлямов без всяких объяснений не были допущены к процессу, а адвокату Андрею Бабину просто не дали ознакомиться с делом. Бабин напрасно прождал в суде пять часов, после чего уехал домой. Галлямов же был просто удален из зала суда, когда он попробовал возмутиться нарушением его прав. Буркину спустя некоторое время удалось вступить в дело, но опять-таки без ознакомления с его материалами.
Несмотря на то, что поддержать Фаиля Алсынова опять пришло большое количество публики, судья Мухина вновь предпочла проводить заседание в своем маленьком кабинете. Все просьбы защиты предоставить большой зал судья не удостаивала даже ответом.
Как и на предыдущих заседаниях, львиную долю времени в этот раз заняли споры защиты с судьей по поводу квалификации переводчика. В какой-то момент судья не выдержала и пригрозила всем возражавшим удалением из зала.
— Я делаю вам последнее замечание! — предупредила она защитника Гарифуллу Яппарова, который вновь поправил переводчика.
— Но она же неправильно переводит! — попробовал оправдаться Яппаров. — Вот, послушайте, в документе говорится "судья постановил". Она же переводит "судья сказал", это ведь существенная разница! Вы же сами видите, какой перевод неточный!
— Это ваше субъективное мнение! — отрезала Мухина и обратилась к переводчику, — Процесс ведет судья, вы вправе не слушать замечания посторонних. И не слушайте их.
Все просьбы защиты об отложении разбирательства, прекращении производства по делу, замене переводчика были отклонены. Расправившись с ходатайствами, судья с удовлетворением заявила, что, "наконец-то начинается рассмотрение дела по существу".
— Вы повторяетесь, и уже неоднократно, — заметила она защитникам. — Мы тут, благодаря вам, занимаемся толчением воды в ступе. Я очень хочу услышать позицию Алсынова, но не могу.
Все это время на лице судьи блуждала загадочная улыбка Джоконды. С этой же мечтательной улыбкой она, никак не мотивируя свое решение, отказала Алсынову и его защитникам в просьбе сделать перерыв на обед.
— Вы нас держите в своем маленьком кабинетике на ногах уже четыре часа! Люди устали, вы нарушаете все правила судопроизводства! — возмутились защитники.
— Я никого здесь не держу; все, кто хочет, могут идти, — отпарировала судья.
Лишь после шести часов вечера суд стал исследовать доказательства и допрашивать свидетелей. Представитель полиции майор Маликова, составившая административный протокол на Алсынова, заявила, что организация обвиняемым баймакского митинга доказывается тем, что он находился в центре собравшихся, его выступлению аплодировали и после его речи митинг сразу закончился.
— Ну, и что, выступал? Артист тоже выступает на концерте, но это не значит, что именно он его организовал, — возразил защитник Виталий Буркин.
— Полиция даже не установила время начала и время окончания этого мероприятия и кто на самом деле явился его организатором, — продолжил Буркин, обращаясь к суду. — Алсынова решили назначить таким организатором абсолютно произвольно. Полицейские даже не установили, сколько народу на этом сходе выступало, кто выступал первым и, самое главное, — они не установили, где находился Алсынов во время начала мероприятия.
— Таким организатором произвольно решили назначить Алсынова — только на том основании, что когда он там появился, все ему аплодировали, а когда он выступил, мероприятие фактически закончилось. Они даже не установили, сколько народу выступило, кто, например, первым выступил, и какая вообще была причина сбора — стихийная или все же кем-то организованная. Видеозапись событий многочасовая была полицией исследована не целиком, лишь очень выборочно тот кусок только, где выступал Алсынов. И самое интересное — они даже не установили, где Алсынов находился в начале мероприятия.
— Мы с Фаилем приехали к Баймакскому РОВД, когда там уже была толпа человек в пятьдесят, — сообщил суду заместитель председателя организации "Башкорт" Руслан Габбасов, вызванный в суд свидетелем. — На сходе, кроме Фаиля, выступали и местные жители, и руководители местной полиции. Алсынов ничего не организовывал, наоборот, он успокоил собравшихся, а затем участвовал в переговорах с начальством РОВД, после которых задержанных ребят освободили.
Журналист издания "Про Уфу" Рамиль Рахматов, также выступивший в роли свидетеля, заявил, что нет никаких данных о том, что Алсынов обзванивал людей, приглашая их подойти или приехать на сход.
Защитники обвиняемого также обратили внимание на то, что протокол на Алсынова был составлен полицией не в Баймакском районе, где проходил сход, а уже в Уфе, причем составлен был он лишь спустя полтора месяца после произошедшего события.
Когда суд перешел к исследованию видеоматериалов, защита заметила, что полиция из всего массива видеозаписей представила в суд лишь маленький фрагмент с выступлением Алсынова.
Все выступления и реплики по-прежнему переводились на башкирский язык. После очередной претензии защитника Яппарова к переводу судья удалила его из зала.
После десяти часов вечера защита вновь потребовала прервать заседание, сославшись на то, что и обвиняемый, и его представители, и публика устали. Однако, судья, явно настроенная завершить процесс в этот же день, отказалась переносить заседание, заявив, что все затяжки происходят исключительно по вине защиты. Она заметила, что все, кому нужно домой, все "особо впечатлительные" могут покинуть зал суда.
В 23-30 по местному времени, наконец, был оглашен вердикт — Фаилю Алсынову был назначен штраф в размере 150 тысяч рублей. Сторонники активиста в коридоре скандировали: "Позор!".
Сторонники Фаиля Алсынова
— Башкирское правосудие в лице федерального судьи Мухиной Т.А. совершило форменное кривосудие в отношении башкирского общественника Алчинова Ф.Ф., признав полицейскую ложь за истину. Уверен, что наши здравомыслящие земляки согласны с моим мнением. Но запугать башкирскую молодежь большими штрафами не удастся. У башкир есть пословица: "Ил төкөрһә, күл булыр". Всем миром поможем Алчинову, потому что каждый уважающий себя и свой народ башкир будет считать и себя несправедливо наказанным, — написал у себя в Фейсбук известный башкирский общественник Валиахмет Бадретдинов.
Защитники Алсынова заявили, что по поводу действий судьи Татьяны Мухиной во время процесса будет направлено соответствующее заявление в Квалификационную коллегию судей республики.
Сам Фаиль Алсынов заявил, что будет обжаловать решение "вплоть до Европейского суда". "Как и Навальный", — добавил он.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.